В эту пятницу будет объявлен лауреат Нобелевской премии мира. И, пожалуй, впервые за долгие годы интрига не так велика: наибольшие шансы - у Дональда Трампа. Его рейтинги выросли на фоне события минувшей ночи: Трамп объявил, что Израиль и ХАМАС согласовали первый этап мирного плана США для сектора Газа.
Согласно официальным сообщениям, план включает освобождение всех израильских заложников, вывод израильских войск к согласованной линии и передачу гуманитарной помощи в сектор Газа. Пока что это лишь «первый шаг» - дальнейшая реализация будет зависеть от готовности сторон и условий соглашения.
Но если взглянуть на логику Нобелевской премии мира, то ее часто вручали тем, кого называли «миротворцами» задолго до окончательного результата - чтобы оказать моральное содействие или признание усилий. Так, лауреатом стал Барак Обама в 2009 году, еще до значимых итоговых достижений в глобальной дипломатии.
Но и прежние награждения вызывали критику. В 1990 году Нобелевскую премию мира получил Михаил Горбачев «за ведущую роль в радикальных изменениях в отношениях Восток — Запад». Но именно в том же году, в январе 1990-го, ночью с 19 на 20 января в Баку произошли кровавые события, ныне известные как «Чёрный январь»: советские войска применили силу против протестующих в азербайджанской столице. По разным оценкам, жертвами стали от 131 до 170 человек, сотни были ранены.
Этот факт долгое время вызывает споры в Азербайджане: как мог человек, принимавший решения в тот период, затем стать обладателем Нобелевской премии? Уже в 2025 году азербайджанские общественные организации направили Нобелевскому комитету обращение с требованием лишить Горбачёва премии «во имя исторической справедливости».
Так или иначе, но именно эти противоречия демонстрируют, насколько спорной бывает премия мира: иногда награждают не «мир в действии», а символические фигуры, порождающие громкие ожидания. На этом фоне кандидатура Дональда Трампа выглядит более практичной. Он не просто выдвигает мирные инициативы - он прилагает усилия к их реализации. И если первый этап мирного соглашения окажется успешным, это будет весомым доводом в его пользу.
Совершенно объективно, никакой политик мира не совершил бы внезапно чудо: мир - сложный и хрупкий процесс. Но подписание соглашения Израиля и ХАМАСа - важный символ того, что вооруженный конфликт может быть остановлен. Конечно, стоит признать, что до устойчивого мира ещё далеко: необходимо обеспечить исполнение договорённостей, контролировать переходные меры, безопасность, восстановление инфраструктуры и участие международных гарантов.
Но если выбирать между тем, кому вручить премию мира, и допустить риск, что ее дадут фигуре символической, политизированной — например, Юлии Навальной — тогда выбор Трампа становится еще более оправданным. Просто смешно и нелепо слышать, что Навальную продвигают как фигуру оппозиционную нынешней российской власти, как «голос протеста».
Но не стоит забывать, что оппозиционность и политический вес не передаются половым путем. И все попытки Ю. Навальной выезжать на фамилии своего покойного мужа- пример примитивной манипуляции. Кроме того, сам Алексей Навальный был неоднозначной фигурой. Он участвовал в русских националистических маршах, и его высказывание «Крым — не бутерброд» использовалось для оправдания российской аннексии полуострова.
Плюс, Ю.Навальная - «надутый» образ, раскрученный западными политтехнологами и медиа, прежде всего окружением Камалы Харрис — главной оппонентки Трампа на грядущих выборах в США. На этом фоне вручение Нобелевской премии мира Дональду Трампу стало бы не только признанием его реальной дипломатической эффективности, но и своеобразной победой здравого смысла — над лицемерием, политическими манипуляциями и искусственно созданными образами.
